Десять лет на пересмотр: кабмин ограничит сроки деприватизации

Правительственная комиссия одобрила законопроект Минэкономразвития, устанавливающий предельный 10-летний срок для оспаривания итогов приватизации. Инициатива призвана защитить бизнес от исков по сделкам 30-летней давности, однако она не коснется антикоррупционных дел, что сохраняет риски для собственников.

Правительство сделало шаг к стабилизации прав собственности: поправки в Гражданский кодекс запретят государству и муниципалитетам изымать активы, если с момента нарушения при приватизации прошло более десяти лет. Сейчас суды часто игнорируют стандартный трехлетний срок давности, отсчитывая его не с момента совершения сделки, а с даты прокурорской проверки. По словам экспертов, такой подход позволял пересматривать решения, принятые еще в начале 1990-х годов.

Позиция бизнеса и сопротивление ведомств

Глава РСПП Александр Шохин отмечает, что большинство спорных объектов за десятилетия прошли глубокую модернизацию. Изъятие активов сегодня означает потерю не ветхих советских цехов, а современного бизнеса, в который вложены миллиарды частных инвестиций. Однако единодушия в госорганах нет: Верховный суд назвал принятие документа нецелесообразным, а Генпрокуратура заявила, что инициатива ущемляет интересы государства.

Риск «антикоррупционной» лазейки

Главная уязвимость документа, по мнению юристов, заключается в том, что он не распространяется на антикоррупционные и антиэкстремистские иски. В 2024 году Конституционный суд подтвердил, что к таким делам сроки давности неприменимы. В профессиональном сообществе опасаются, что госорганы начнут массово менять квалификацию споров, чтобы обойти новый барьер.

• Истцы могут трактовать процедурные нарушения 90-х как коррупционные схемы.
• Суды могут рассматривать иски как защиту «публичных интересов», на которые давность не распространяется.
• Бизнесу придется доказывать в судах именно экономическую, а не уголовную природу старых сделок.

Реальный эффект от инициативы Минэкономразвития будет зависеть от судебной практики: смогут ли суды провести четкую грань между обычными приватизационными огрехами и делами, затрагивающими национальную безопасность.